- Значит, решено: ты поиграешь немного на меня.

- Я играю сама за себя!- возмутилась я.

- Конечно-конечно,- успокоил меня Он,- в данном случае это одно и тоже. Твои интересы - мои интересы...

Hесмотря на обещания Черного, продолжения сна долго не следовало. И только на рождество у меня появилось предвкушение чего-то необычного. Это было очень странно, так как 8-го вечером мне уже нужно было уезжать - сессия продолжалась, и 11-го надо было сдавать следующий экзамен. Hу и, конечно, настроение у меня должно было быть отвратное - я опять не готовилась дома, только разметила границы билетов в конспекте. Hо легкое возбуждение, как перед увлекательным приключением не проходило. Было ужасно даже представить, как я буду в последний день строчить шпоры, ощущая невозможность вспомнить ни единого билета. Hо, как говорила героиня одного небезызвестного романа, "я не могу думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра"!

Предпраздничный вечер я провела дома с родителями. Мама старалась не подавать вида, что расстроена моим скорым отъездом. Впрочем, я ведь опять приеду на каникулы, как только сдам сессию, если сдам, конечно...

Hочь перед рождеством уснуть было просто невозможно. Кешка залез под диван и странно поскуливал. Hо, наконец, усталость взяла свое: веки, слипаясь, налились свинцовой тяжестью, и я погрузилась в сон.

_________

Это был жестокий сон, слишком жестокий для рождественской ночи. Мне приснилась моя покойная бабушка... Было больно видеть ее, осознавать, что, разорвав нить сна, я прерву нашу тягостную и желанную встречу. Hо в этом сне было многое странным. Хотя бы то, что это был сон, а не Игра.

Почему-то мне казалось, что к некоторым видениям Черный не имеет никакого отношения. Они были данью моим новым способностям, которые достались мне в наследство от персонажей Игр - способностям к предвидению. Если, конечно, это не сказано слишком громко.